. Записаться на обучение

Профессор Людмила Городецкая: "Язык – это живая материя, которую мы превратили в точную науку"

Лекция профессора Людмилы ГородецкойНечасто в нашу область приезжают ученые такого уровня, как Людмила Александровна Городецкая, доктор культурологи, кандидат филологических наук, профессор факультета иностранных языков и регионоведения МГУ им. М.В.Ломоносова, старший консультант Издательства Кембриджского университета в РФ.

Так что с полным правом можно считать, что 27 ноября ярославским преподавателям английского языка повезло. Профессор Городецкая, большая умница, прекрасный методист и интереснейший собеседник прибыла в нашу область по приглашению Языковой школы Дмитрия Никитина. Семинар был бесплатный и собрал множество преподавателей-языковедов из школ и вузов города. Но свободный доступ все же был не определяющим фактором для посетителей. Привлекали, прежде всего, темы докладов: "Социокультурная вариативность английского языка и понятие нормы: типичные ошибки россиян и их трактовка носителями языка" и "Английский язык для специальных целей: что такое CLIL approach в школе и вузе?". И, если термин "CLIL approach", или, как его называют, "языковое погружение" в достаточной мере известен преподавателям английского языка (при этом подходе язык изучается посредством преподавания на нем различных "неязыковых" дисциплин – математики, биологии, и рассматривается не как цель, а как средство), то первая часть семинара явно требовала пояснения. Соответственно, первым вопросом, который мы задали Людмиле Александровне, был вопрос о том, что же входит в понятие социокультурной вариативности английского языка.

– В процессе изучения языка мы чаще всего говорим о географической вариативности, - говорит Людмила Александровна, - например, о различиях американского и британского английского, или в более подробных случаях, об особенностях австралийского и канадского английского, также мы говорим о географической вариативности внутри Великобритании. К примеру, язык родившихся и проживающих в Ноттингеме так резко отличается фонетически от основного английского, что россияне, которых учили так называемому правильному английскому, вообще не понимают, в какую страну они приехали. К примеру, там вместо ['r Λ ∫ (ə) n], говорят ['r u ∫ (ə) n], [bΛs] вместо [bus], [dΛk] вместо [duk]. И для многих моих коллег такое произношение было большим откровением, потому что нас в институте не учили даже географической вариативности, и тем более снижали оценки за употребление вариантов английского. Что говорить о студентах, которые жили в США, и приезжали с американским акцентом. Им вплоть до недавнего времени им снижали оценки на курсах фонетики.

А социокультурная вариативность – это понятие, которое появилось совсем недавно и связано с социальным расслоением общества. Известно, что в Лондоне всегда существовал язык "кокни", язык необразованных людей, который отчасти появился как один из диалектов, а отчасти был поддерживаем самим населением бедных районов, чтобы они могли секретно разговаривать при хозяевах. Этот язык сегодня уже теряет актуальность, потому что языки иммигрантов влияют на английский гораздо больше, чем исторические диалекты. Но когда мы говорим "социокультурная" мы имеем в виду не людей с разным образованием социальной принадлежности, или профессии, а функциональные стили их языка.

Исследованиями функциональных стилей в последние пару десятилетий стала заниматься стремительно развивающаяся наука "корпусная лингвистика". (Раздел языкознания, занимающийся разработкой, созданием и использованием текстовых корпусов, которые, по одному из определений представляют собой любое собрание текстов, объединённых каким-то общим признаком: языком, жанром, автором, периодом создания текстов - авт.). Методы ее таковы: людям, которые соглашаются участвовать в эксперименте, вешают на лацкан маленький микрофон, с которым они ходят целый день, при желании отключая. Таким образом, мы получаем для обработки большой массив повседневной языковой информации.

При компьютерной обработке этих огромных баз данных становится очевидным, что отдельный человек использует разные варианты языка в разных функциях. Один язык коммуникации, когда он выступает в роди пациента, другой – в роли профессионала – третий – в семье. И даже внутри семьи есть функциональные роли. Когда взрослый сын разговаривает с мамой, своими детьми, или соседями, он выступает в совершенно разных языковых ролях. Вполне образованные люди в повседневных ситуациях пользуются формами, которые мы, специалисты, лингвисты, методисты, раньше называли неправильными и говорили, что это не стандартный английский, это отклонение от нормы. И вот этой "не-нормой" специалисты сейчас серьезно занимаются и делают выводы, что это все же норма. Просто нормы для устной и письменной речи разные.

Разница между тем, как человек говорит, и как он пишет, также проявление социокультурной вариативности.

К сожалению, многие десятилетия в нашей стране учили говорить так, как пишут и производили на свет специалистов, которые говорят на блестящем английском, но речь которых принимали за границей за речь героев фильма про начало ХХ века. И очень известный лингвист, Дэвид Кристал, автор "Энциклопедии английского языка" говорил: "Фонетически русский акцент очень мягкий, не раздражает ухо, но вы говорите на таком правильном языке, на котором говорила моя прабабушка. И нам стыдно, что мы так испортили наш язык". Эти слова в его устах одновременно и комплимент, и ирония. Потому что язык не такой, каким его понимали в России, язык - развивающийся материал, он расслаивается на функциональные, географические и иные варианты.

Интервью Людмилы Городецкой– В таком случае, какова цель сегодняшнего семинара? Показать нам, что мы говорим на каком-то ином языке, чем настоящие англичане?

– Цель этого семинара в основном просветительская и нацелена на повышение профессиональной квалификации преподавателя, который должен знать о языке больше, чем он говорит ученику. Например, существует грамматика "Grammar for english-language teachers", где необходимые знания называются "Rules of the thumb" – правила большого пальца. Необходимые знания – это то, что учитель дает ученику, что работает в максимальном количестве случаев.

Но преподаватель всегда должен знать, что есть случаи, которые мы раньше называли исключениями. Исключение – очень удобное слово, которое, однако, имеет мало отношения к языку. Язык – это не арифметика, в языке нет правил, там есть частотные формы – слова, сочетания, грамматические конструкции, и нечастотные. И вот между частотностью нулевой и самой высокой пролегает множество языковых случаев. Так что, если ученик принесет учителю какую-то песню, или диалог из какого-то фильма, и там будет звучать такая речь, которой нет в учебнике, возникнет конфликт, ученики могут сказать учителю, что он учит их не тому английскому.

Так вот, чтобы этого не было, учитель должен понимать, как ответить на подобные вызовы. Главным ответом на выпады учеников может стать постулат о том, что английский язык сейчас теряет свою идентичность и защищенность. Это явление хорошо отражено в книге Светланы Григорьевны Тер-Минасовой "Война и мир языков в культуре". На многих своих лекциях она рассказывает, что этому языку, который стал языком международного общения самому очень несладко, потому что он испытывает на себе влияние других языков, носители которого в той, или иной степени становятся билингвами. И если учитель, хотя бы теоретически, понимает, что язык не арифметика, не застывшая структура, он не будет снижать оценку, если ученик говорит, например, не [ˈɔfən] а [ˈɔftən]. Вчера на семинаре в Рыбинске я спросила, снижает ли кто-то оценку, если ученик говорит [ˈɔftən]. Поднялось несколько рук. Десять лет назад я видела лес рук, потому что считалось, что малейшее отклонение от нормы, это "испорченный английский". Сейчас уже, конечно, никто оценки не снижает, в силу хотя бы того, что преподаватели имеют доступ к аутентичным учебным материалам, кембриджским книгам и аудиодискам, ездят с ребятами в летние школы и знают, что сами англичане спокойно могут сказать [ˈɔfən] и [ˈɔftən], [‘∫edʒuːl] и [ˈskedʒuːl].

– Насколько этот подход сообразуется с нынешними российскими методиками? Не получится ли так, что при поступлении в вуз излишне "неправильно говорящему" ученику будут снижать оценки?

– В ЕГЭ, в трех вступительных олимпиадах в МГУ, в которых я участвую, как составитель заданий, как член комиссии, и даже как председатель методической комиссии, во всероссийской олимпиаде, где я участвую как составитель заданий, есть определенная политика в отношении вариативности. Одно дело, когда человек пишет сочинение и иногда путает разные варианты английского языка. За это снижается оценка, потому что на высоких уровнях, например, на уровне Upper Intermediate человек должен понимать, как должно писаться то, или иное слово. Но точно так же любая комиссия на ЕГЭ должна нормально воспринимать человека, который из всего многообразия языковых вариантов ухватил один, или даже смешивает их. За это не может снижаться оценка, об этом много раз я слышала от кембриджских специалистов. И я уверена, что в вузах работают разумные люди, которые не будут снижать баллы, если услышат, что человек говорит не на идеальном "королевском английском".

Прислушайтесь, даже в заданиях ЕГЭ по аудированию есть американский акцент. И это неудивительно, потому что эти задания начитывают те специалисты-иностранцы, которые согласились быть чтецами аудиозаписи. Главное, чтобы у человека был хороший язык, и в речи не было врожденных дефектов. Американцев в этом плане у нас очень любят, потому, что их больше, они не требуют вознаграждения, безропотно многократно записывают и перезаписывают задания. Я лично знакома с некоторыми из них, и они рассказывали, как их тренируют перед записью, чтобы их язык избавился от ярких отличительных черт американского английского.

И если у чтецов и голливудских актеров, снимающихся в исторических фильмах про Великобританию, есть время заниматься с логопедами месяцами, то непростительной роскошью можно считать переделывание откуда-то подцепленного учеником произношения, когда на язык дается всего три часа в неделю! Ни родители, ни вузы не могут противиться тому, что их ребенок учился по аутентичным материалам, или хотя бы в дополнении к рекомендованным учебникам занимался по какому-то британскому учебнику, который может дать на аудировании возможность услышать речь разных людей – индусов, китайцев, говорящих по-английски. Ведь сейчас происходит то, что россияне, сталкиваясь по работе с такими людьми, не понимает их, потому что его учили только королевскому британскому языку.

Лекция профессора Людмилы Александровны Городецкой– То есть аутентичные материалы очень важны в качестве понимания живого языка и коммуникации?

– Как только в начале 90-х годов прошлого века в России стали налаживать двусторонние связи, и принимать у себя группы иностранных студентов, изучающих русский язык, славистику, литературу, культуру, мой декан, Светлана Григорьевна Тер-Минасова, поставила условие: от нас за границу должны ездить преподаватели, а не студенты. И это было правильным решением, потому что некоторые преподаватели по 50 лет жили за железным занавесом, и даже не имели шанса даже услышать, как на улице звучит это многоголосье, это разнообразие речи, не могли осознать, что понимать должно самых разных людей. Что, пока тебя не поместили в эту гущу, ты этому пониманию не научишься.

Сейчас интерес в мире к русскому языку упал, и уже таких процессов обмена нет. Зато есть другие варианты изучения языка: например, можно возить студентов и школьников в летние школы и ехать преподавателю с ними в качестве сопровождающего лица. Однако всегда надо понимать, что поездки за границу доступны далеко не всем. На этот случай сегодня имеются разнообразные методические материалы. Простому учителю, не имеющему возможности выехать, выгодно купить аудиоматериал, открыть учебник и послушать, как между собой разговаривают те же подростки. Причем, в их разговоре не будет сленга, (подростку нужно объяснить, что через пять лет он вырастет и ему не нужен будет сленг) а будет присутствовать средний, полуофициальный регистр, на котором говорят образованные носители языка, использующие наиболее частотные слова и выражения подросткового диалога.

– Давайте обратимся к названию второй части семинара. Что такое норма языка и каковы типичные ошибки россиян в употреблении этой нормы?

– Некоторая часть языка традиционно не включена в отечественные учебники, потому что у нас об этом аспекте речи известно мало, но она также не включена в английские - потому что для иностранцев – это само собой разумеющиеся вещи. Например, к такой части языка относятся формулы вежливости. Какой вопрос является грамматически вежливым, а какой невежливым, в современной теории коммуникации было обнаружено благодаря уже упоминавшимся корпусным исследованиям. В зависимости от того, с кем ты разговариваешь, ты каждый раз из 10-12 вариантов выбираешь ту форму просьбы, которая подходит к контексту коммуникации – с кем ты общаешься, и к цели коммуникации – о чем ты просишь. Это касается всех форм повседневного взаимодействия. Никто не узнает, что я доктор культурологи, я не буду хвалиться этим фактом, но все сразу определят мой культурный уровень по тому, как я строю свое повседневное общение. К сожалению, без этого компонента в обучении очень многие русские, хорошо говорящие по-английски, не пользуются теми формами вежливого общения, которые рекомендованы в данном контексте при данных целях. Это мы наблюдаем, например, у таможенников, которые просят о чем-то пассажиров на английском языке в повелительном наклонении. Грамматически эти формы правильны и имеют место быть, но в контексте коммуникации они звучат, как грубые приказы.

Коммуникативное поведение изучает лингвокультурология, и наши отечественные специалисты, Юлия Борисовна Кузьменкова, Татьяна Викторовна Ларина, Иосиф Абрамович Стернин и Марина Ивановна Стернина, Ольга Аркадьевна Леонтович опубликовали целый ряд книг, рассказывающих о коммуникативном поведении, или вербальном коммуникативном поведение в разных культурах.

На семинаре Людмилы Александровны Городецкой– Существует множество международных конференций, на которые мы отправляем преподавателей, но ведь есть у нас и свои, российские. Что это за конференции, где они существуют и как называются?

– В МГУ есть несколько ассоциаций преподавателей иностранных языков, самая известная из которых – NATE – National association for the teaching of English. Русским ее аналогом является НОПАЯз – Национальное объединение преподавателей английского языка. Президентом ассоциации является декан факультета иностранных языков МГУ профессор Светлана Григорьевна Тер-Минасова, она же и инициировала создание этой ассоциации.

НОПАЯз, в свою очередь, является коллективным членом TESOL - Teachers of English to speakers of other languages. Это огромная международная организация с филиалами во многих странах. Центр ее находится в Америке, но Европа, Азия и Африка также имеют свои объединения. Мы обязаны платить коллективные взносы как коллективный член и проводить ежегодную национальную конференцию. Сейчас ассоциация разрослась до такой степени, что представляет собой огромную структуру с отделениями в различных регионах. Например, в Челябинске это CHELTA, в Белгороде – BELTA, в Калининграде - KELTA. Эти ассоциации тоже являются коллективными членами НОПАЯз, но у них есть индивидуальные члены – школьные учителя, вузовские преподаватели, которые проводят ежегодные региональные конференции в российском городе, который предложил себя в качестве принимающей стороны. Я многократно была  на таких конференциях в Курске, Казани, Челябинске, и ни разу не была разочарована, поскольку, во-первых, преподаватели из всех регионов имеют множество общих проблем, во-вторых, на конференции всегда приглашаются не просто носители языка, а специалисты – ведущие методисты, лингвисты из России, Америки, Китая, которых интересно слушать. Хоть и нелегко.

Существует еще НОПриЛ – национальное объединение прикладной лингвистики. Оно относится к другой международной ассоциации, которая объединяет все языки, или, по крайней мере, большинство европейских языков. Объединением проводится ежегодная конференция "Языки в современном мире" в разных городах, туда съезжаются преподаватели немецкого, французского, английского и даже русского как иностранного языков.

Еще одна крупная конференция, за которую я отвечаю как организатор – "Учитель, ученик, учебник". Она проводится в конце ноября в четные годы и пользуется огромным успехом, потому что цель ее – объединение школы и вуза. К сожалению, у нас в стране до сих пор наблюдается профессиональное разделение, мы же хотим, чтобы школа обогащалась за счет вузовских теоретических разработок, а вуз за счет школы, потому что иногда я наблюдаю, что доклады школьных учителей бывают более практически направлены и интересны, содержательны, чем доклады некоторых вузовских учителей.

На семинаре Людмилы Александровны ГородецкойЕсть на филфаке МГУ объединение, которое называется LATEUM - Linguistic Association of the Teachers of English at the University of Moscow. Оно собирается каждые два года на филфаке МГУ. Cambridge University Press дружит с ним, потому что там работают люди, знающие, что происходит в современной лингвистике.

Также существует московская ассоциация преподавателей английского языка, скоро у них будет конференция, есть в Петербурге - SPELTA – Sanct-Peterburg English language teachers association, она два раза в год проводит конференции.

Что примечательно, люди из регионов, удобно расположенных к центру, могут свободно ездить на эти конференции, а региональные преподаватели, не имеющие такой возможности, получают на поездку гранты. Как это ни покажется нам обидным, гранты не российские, а американские. И говорить о том, что американцы хотят таким образом промывать нам мозги, абсолютно бессмысленно, потому что они не вмешиваются в конференцию, в ее регламент. Им важно, что есть докладчик, и он живет, предположим, на Дальнем Востоке, где есть своя ассоциация, но для обмена опытом ему хочется поехать в другой регион, а денег нет. Гранты распределяются максимально справедливо, из регионов приезжают разные люди, и открываются нам звезды, которые живут настолько далеко, что мы бы без этого гранта ничего о них не услышали.


Языковая школа Дмитрия Никитина в ЯрославлеПрограммы для преподавателейСеминары с участием приглашенных методистов
Подпишитесь на наши информационные письма: